Читаем без скачивания Колумб в космосе - Светлана Орехова

– Черта с два! – воскликнул молодой человек. – Нас просчитывают последними, я открою этот люк!

Отбиваясь от подбежавших ребят, он виртуозно замкнул проводки и тут же получил в челюсть. Новый толчок. Женю отбросило к двери шлюза, он схватился пальцами за кольцо и впился глазами в тёмное пространство внешней камеры. Раздался звук затвора, который должен был открыть шлюз с приборной панели. Баллистик с трудом вдохнул, его ещё сильнее вжало в дверь, лёгкие не могли втянуть новую партию воздуха. Женя распластался по двери, сквозь темноту помутившегося сознания он тревожно ждал проворота механизма. Щелчок. И… У него всё похолодело – глухой стук проворачивающего механизма говорил о том, что дверь заклинило. Рычаг бился о какой-то инородный предмет и возвращался на своё место. Произошла разбалансировка штырей, отвечающих за кольцо, которое открывало шлюз. Это было невозможно – как будто кто-то заварил его там, в камере, кто-то вышел в шлюзовый отсек и заварил дверь! Евгений через силу повернул голову и посмотрел на панель со скафандрами – не хватало двух! Как же он сразу не заметил, ведь через этот шлюз выходил только капитан!

– Готовность к прыжку полминуты.

Чьи-то руки отшвырнули его от двери и бросили на стену.

– Нет, – разъярённо воскликнул Женя, впиваясь глазами в маленький иллюминатор. – Неет, он не может остаться там! Я столько сделал, чтобы спасти его!

Но его держали слишком сильно, к тому же корабль вновь затрясло, на этот раз это было похоже на вибрацию перед прыжком, но она была чудовищной. Баллистик ударился головой о край панели и на мгновение потерял сознание. Это наверное к лучшему, потому что он совсем обезумел в своём желании спасти капитана: судьба явно благоволила ему больше, чем Сергею Павловичу, потому что такие выходки не шли ни в какие рамки с техникой безопасности.

А капитан отчего-то сейчас вспомнил о Тошке. Он спешил к красной отметке на корпусе, перед глазами всё мешалось. Кажется Веня включил двигатели, потому что его впечатало в корпус и потянуло вниз. «Даже не попрощался… Ты был занят? – насмехался мозг, а перед глазами всё плыло, – твоя дочь тоже станет летать и так же, как ты погибнет, в космосе». «Замолчи!», – грозно крикнул Колумб, пытаясь совладать с дурнотой. Его боль в сердце опять нахлынула на сознание, и капитан срывающимся голосом прошептал извинения на далёкую Землю самому близкому человеку. Он поклялся, что как только ступит на твёрдую землю – навсегда откажется от полётов. Но ему уже было не суждено ступить на неё.

Веня явно зашёл на маневр, чтобы уклониться от невидимой человеческому глазу опасности, корабль развернуло, а его капитана швырнуло в сторону космоса (первый пилот выполнял приказ, который явно не хотел выполнять. Капитан по сути приказал убить себя). Сергей Павлович едва не угодил на только что созданное защитное поле, аж в голове затрещало. Вдруг ещё толчок и вновь резкий поворот. Они стали падать. Падать и крутиться, как частица крутится, попадая под влияние сильного внешнего поля. Колумба вновь прижало к корпусу, он стал медленно ползти к шлюзу. Времени почти не осталось, он догадался, что Веня отключил плазменные двигатели. Если он в ближайшую минуту не окажется внутри, то вызовет дисбаланс при прыжке, значит придется осознанно умирать.

Но вот пальцы капитана уже сомкнулись на шлюзе. Он был готов повернуть рычаг, как вдруг осознал страшную истину – замок заблокировался. Каким-то образом у шлюза отказала система, будто кто-то бросил рядом… Иридий… Чёртов иридий!

В следующий момент его искажённое горем лицо исчезло. «Колумб» завибрировал.

– Вот и всё, – пронеслось в голове капитана.

Он отпустил руки и завис в невесомости, смотря на провал образующегося туннеля. Поверхность Пространства на стыке с защитным полем засветилась.

– Умирать красиво, – сказал внутренний голос. – Тьма, потом свет… И ты основа Вселенной, ты её часть.

Глава 4

Тошка

Стать пилотом может каждый, независимо от пола и возраста. Главное иметь желание достичь этого и бесстрашие совершить первый полёт

Москва, солнечное октябрьское утро, здание бывшего МГУ – ныне центр подготовки космонавтов, специалистов в области квантовой физики и теории поля, лучших астрофизиков и инженеров, баллистиков и пилотов.

Здесь училась дочь Колумба, прыткая молодая девушка с характером отца и полном отсутствием самосохранения, тоже унаследованным от отца. Она с детства мечтала стать пилотом, управлять могучими кораблями, летать к звёздам, ещё бы – такой пример как отец не мог не вдохновить амбициозную девочку. Тошка идеально закончила школу, сдала вступительные, получила даже рекомендацию из Центра Полётов (и конечно же не от отца: он-то ей поблажек не давал, капитанской девочке могли разве что отдать честь и разрешить присутствовать при старте). Но её мечта, такая близкая, всего курс в Училище и практика, вдруг стала недосягаемой. Это случилось в год её выпуска, после некоторых печальных событий женщинам было запрещено поступать в отдел экспериментальных полётов, да и вообще на любую специальность, связанную с полётами. Так что девушка могла быть кем угодно: от переводчика-радиста, до специалиста по вооружению, но не лётчиком, и уж тем более капитаном.

Антония Сергеевна, так уважительно обращались к девушке, училась на специалиста по энергетике, куда пошла почти из-под палки, с завистью глядя на форму полётного класса А, идеально сидевшую на бывших одноклассниках. Смирившись с ударом судьбы, она всё же подала документы – с такими результатами её бы взяли куда угодно. Но куда ещё она могла пойти учиться, если не по стопам отца, а её отец по случаю как раз заканчивал это направление. К слову, был ещё выбор стать авиаконструктором: у Тошки были неплохие способности к изобретательству, она закончила особый класс, но… подброшенная в порыве гнева монетка указала на энергетический. Собственно никем больше она стать и не могла. У неё не было особых способностей к языку, сидеть телеграфировать было скучно, ещё скучнее была должность ученого, сидящего со своими образцами. Из предложенного её интересовала, пожалуй, лишь астрономия, скорее астрофизика и математический курс по сложным векторным преобразованиям, но чисто из интереса к полётам, а этот курс можно было взять дополнительным, поэтому соседство с мини реактором девушку устраивало.

Так она стала особо выдающимся студентом ВУКУ (особо выдающимся в не самом лестном смысле): девушка просто обожала нарушать правила, а запретить ей летать в пределах Земли никто не мог, Тошка всё равно бы не послушала. Единственным настоящим авторитетом для неё был отец, который почти всё время отсутствовал в рейсах или просто был занят работой. Так что она никого не слушала и поступала, как захочется.

Антония любила летать на всем, что могло подняться в воздух, что могло хоть ненадолго оторвать её от земли. Один раз она спрыгнула с крыши башни вместе с магнитной подушкой. Совершив сорок пять оборотов, девушка зависла в метре над землёй, резко остановившись. Магнитная подушка сработала отменно, а все преподаватели, случайно наблюдавшие её выходку из окон аудиторий и внутреннего двора кажется поседели во второй раз.

– Почему сорок пять оборотов, Тошка? – спросили ребята, уже окружившие её. – Маловато, я бы выкрутил не меньше пятидесяти.

– И валялся бы сейчас на асфальте, давясь своим завтраком, – фыркнула девушка (она всегда надменно отвечала, если её решения или действия пытались оспорить, особенно если спор завязывался на пустом месте), – ты знаком с Васей с биофака? Нет?! Да ладно, там все знают Васю… Он пишет курсовую на тему влияния сильных магнитных полей на координацию. Настоятельно советую ознакомиться!

И очередное препирание кончилось как всегда в её пользу. Ещё никому не удавалось поставить Тошку в неловкое положение или унизить, хоть и пытались, иногда даже ради шутки – как сейчас например. У девушки было много друзей, а шутников находилось – по пальцам пересчитать.

А из-за того, что у неё было много друзей, то всегда находились те, кто вовремя подставлял спасательную подушку – давал ей совет, проверял оборудование на исправность или предлагал альтернативную замену. К концу первого курса девушка уже перезнакомилась со всеми потоками, так что теперь у неё в приятелях были и химики, и физики, и начинающие радисты, пара астрономов, вечно споривших о проблемах чёрных дыр и искривлении пространства, даже биолог, тот самый Вася. Девушка не брезговала ничьей помощью, а её изобретательский талант превращал каждую новую встречу в приключение.

Но она отнюдь не пыталась создать себе репутацию своими выходками, это было даже не желание быть наравне с мужчинами – с детства Тошка не чувствовала себя чужой в мужском коллективе, разве что только порой для одного человека. Причинами такого вызывающего поведения являлись характер, пример отца, ставшего знаменитым благодаря своему бесстрашию. Но со знаменитым капитаном отношения складывались не всегда гладко – он очень редко был отцом, и очень часто командиром. Именно из-за этого девушка с ним поссорилась в последний раз: Сергей Павлович отчитывал её за неудачные лётные испытания. Он сказал именно то, что больше всего бесило юное дарование: «Тебе всё равно никогда не быть на их месте. Полёты не для женщин!» И точка. Девушка была готова взорваться от переполнявшего её гнева и обиды. Человек, который всё это время был ей примером, растоптал её последнюю надежду, пусть и нечаянно, не желая ей зла.